КУЛИКОВА ЛИДИЯ ИВАНОВНА

Родилась в д. Полянка Бондюжского р-на Татарской АССР 16 ноября 1925 года. Ветеран химического завода имени Карпова, многодетная мама.

Наша семья была многодетной. У родителей было 9 детей. До войны мы жили нормально. Трудились на земле, пахали, сеяли пшеницу, рожь, сажали картошку. У всех была скотина, свое хозяйство. Мой отец, Колпаков Иван Фролович, 1901 года рождения, в молодости служил в морфлоте 5 лет. После, на гражданке, когда образовался колхоз, работал счетоводом, то есть бухгалтером. Он закончил 4 класса, но был очень грамотным. В колхозе нужно было считать - сколько посеяли, сколько собрали, сколько отдали государству, вести ведомости и т.д.

Когда началась война, отца не отправили на передовую, так как у него было 9 детей. Его направили работать на железную дорогу старшим сопровождающим поезда. В его задачу входила доставка с Ижевска на фронт оружия. Сколько раз он попадал под бомбежки!

Старшим из 9 детей был Дмитрий. Он был очень умным и образованным. После десятилетки поступил в военное училище в г. Кирове. Когда он ехал домой за вещами, объявили войну. И он, забрав вещи, поехал на учебу в Калинин, где проучился до августа 1942 года. 18 августа 1942 года его осудили по ложному донесению на 10 лет. 19 июня 1943 г. он умер.

Когда началась война, мне было 15 лет. Я была второй из девяти детей своих родителей. После Дмитрия я осталась за старшую. Большая ответственность за семью легла на мои плечи. Отца забрали на фронт. Тяжелые военные годы мы испытали всей семьей. Оставшись без кормильца, маме приходилось успевать и дома с детьми и работать в колхозе. Я, как самая старшая, во всем старалась помочь маме. Выживали, как могли. Был голод и холод. Теплой одежды не было. Я рано научилась прясть и вязать. Вязала носки, варежки, чулки, платки и шапки на всю семью, так как носить было нечего. Ели мы лебеду и крапиву. Пекли из травы лепешки. Если в колхозе дохла скотина, ее пускали на мясо, раздавали всем и ели. В хозяйстве разрешалось держать по 2 овцы и 1 корове, так как кормить животных было нечем. Все луга косили для совхоза, а для своей скотины собирали траву да крапиву на крутых логах и сушили. Корова спасала семью от голода. Было молоко, была своя картошка, овощи. Лесов в Полянке не было, поэтому не было и дров – топили соломой, репьями, полынью. Мне пришлось забросить учебу и помогать матери по хозяйству, нянчиться с младшими, работать в колхозе. Мама работала в охране в колхозе, и я ее иногда заменяла.

Работали все - и большие и маленькие- за трудодни. В полях серпом жали рожь и пшеницу. Пололи сорняки. На лошадях и на быках вывозили обмолотое зерно на сушилки, на току молотили. Здесь было холодно и пыльно, особенно зимой. Чтобы на полях не оставалось зерно, все собирали в снопы. Если осенью не успевали молотить зерно, оставляли на зиму. Работать было очень тяжело. Я, бывало, ездила, развозила по домам сырое зерно, чтобы люди на печах его сушили. Потом собирала сухое зерно и на лошади увозила обратно в колхоз. Все зерно отправляли государству. За трудодни работающим полагалось лишь 100 граммов зерна.

Во время войны крестьян обложили налогами. Надо было отдавать государству определенное количество яиц, молока, мяса. Все отдавали колхозу, а самим кушать было нечего. Когда мне исполнилось 17 лет, я пошла учиться в Бондюгу в 7 класс. В Бондюге жила у своей бабушки. Здесь, в Бондюге, рабочим давали хлеб по 600 гр, а иждивенцам по 400 гр. По карточкам можно было получить хлеб, сахар, 200 гр.маргарина, крупы. Все, что я получала на карточки, сама не ела, несла в деревню, в семью. Там меня очень ждали мои младшие сестры и братья. Как вспоминал мой брат Саша: «Сядем на окно и сидим, смотрим, ждем, когда придет Лида и принесет что-нибудь нам покушать».Научились мы делать и кизяки: смешивали солому с навозом, складывали в ящики, сушили и этим топили печь. Осенью их убирали под навес.

8 мая 1945 года  у моей подруги был День рождения, и я осталась ночевать у них. 9 мая в 5 часов утра, радио было включено, сообщили, что война закончилась. Наши войска одержали победу над фашизмом. Мать подруги разбудила нас и сказала: «Девчонки, война закончилась!». Все побежали к главной конторе. Там по радио сообщали, что закончилась война. Кто ревет, кто поет. Потом провели митинг.

Папа вернулся только в 1947 году.