Родилась в 1916 году в рабочем поселке Бондюга ТАССР в многодетной рабочей семье. С юных лет Александра была активной участницей пионерского, комсомольского движения, спортсменкой. Трудовую деятельность начала в 1936 году лаборантом на Бондюжском химическом заводе. Мобилизована в 1942 году Бондюжским райвоенкоматом. В этот день уходили в армию 62 бондюжские девушки. Этот момент Александра Григорьевна запомнила на всю жизнь. Их вышла провожать вся Бондюга. Девушки прошли строем через весь поселок. Служила в войсках противовоздушной обороны, частях воздушного наблюдения, оповещения и связи. Демобилизована в 1945 году.  Награждена орденом Отечественной войны второй степени (1985).

После войны вновь вернулась на завод, работала в лаборатории, затем инструктором райкома партии, где отвечала за организацию посевных и уборочных работ, сдачу хлеба государству. Участвовала в строительстве заводов в Комсомольске-на-Амуре. На заслуженный отдых вышла с Менделеевского химзавода имени Карпова.

Во все времена А.Матвееву отличала активная гражданская позиция, трудолюбие, оптимизм. Она участвовала в художественной самодеятельности, была частым гостем школ города, любила ездить на природу за ягодами и грибами, ходить на лыжах. Сотрудничала с краеведческим музеем города, в фондах которого хранятся фотографии и документы из семейного архива Александры Григорьевны.

«Встреча с молодостью»

В газете «Заводская трибуна» от 9 мая 1991 г. опубликована статья В.Аничкина, где Александра Григорьевна Матвеевна рассказывает о своей юности, военной службе.

До войны я работала старшей пионерской вожатой в бондюжской средней школе №1. Летом 1941 года вместе с детьми я была в пионерском лагере «Дружный», где работала заместителем заведующего лагерем. В то время лагерь располагался ниже современного «Дружного». Первая смена подходила к концу, когда мы узнали, что началась Великая Отечественная война. Новость была шокирующей и я заметила, что дети как-то вдруг стали взрослее, серьезнее. Многие плакали, просились домой, чтобы проститься с родными, уходящими на фронт.

Пионерлагерь был недалеко от пристани, и мы провожали каждый пароход, увозящий наших близких и родных. Мы уже понимали, что со многими не придется увидеться. Тогда и родилась традиция прощания, махать пионерскими галстуками уходящим пароходам, а в ответ слышался долгий гудок.

Потом я с подругами окончила курсы медсестер, но дожидаться мобилизации не стала. В апреле 1942 года с группой из 55 девушек мы добровольно пошли в армию. К этому времени я уже была коммунистом, членом райкома комсомола.

Прибыли в Москву, прошли двухнедельное обучение и нас направили на фронт. 1 мая 1942 года приняли присягу, потом распределили по наблюдательным постам ВНОС. Нашей задачей было наблюдение за воздушным пространством на подступах к Москве. К этому времени мы научились определять вражеские самолеты по многим признакам: звуку, форме несущих плоскостей и т.д. Если мы замечали вражеский самолет, то по телефону передавали тревожный сигнал в Москву, оттуда служба перехвата его сбивала.

Служба наша была сопряжена с большим риском, хотя и  проходила не на передовой. Приходилось ходить на посты через заминированные поля, у нас были свои тропинки, по которым мы пробирались на наблюдательные посты.

С 1942 по 1945 год мы постоянно жили в землянках, спали на нарах, и что, интересно, не простужались. Строили землянки, в основном, сами. Однажды при строительстве наткнулись на три мины. Но нам повезло, они не взорвались, саперы их обезвредили.

Были случаи, когда нас обстреливали. Помню, как-то сижу на наблюдательном пункте, вижу, на малой высоте прямо на меня летит самолет. Я выстрелила, но промахнулась. Спряталась в укрытие, а он из пулемета буквально изрешетил то место, где я находилась.

Фронт продвигался на запад, а за ним продвигались мы. Когда мы вошли в Гжатск, на Смоленщине, ныне город Гагарин, от того, что мы увидели, долго не могли опомниться. Все колодцы доверху были заполнены трупами расстрелянных немцами детей. Трупы мы доставали из колодцев и хоронили в противотанковом рву вместе с трупами немецких солдат. Вот такая получилась братская могила.

Несмотря на войну, даже рядом с передовой была своя жизнь. Еще только вчера освободили село, от него одно пепелище осталось, а сегодня уже появились землянки и люди работают на земле. Так и оживали колхозы.

Всегда с теплом вспоминаю, как мы ставили концерты для колхозников, как они были рады этому, а потом были трогательные проводы. Что поделаешь, война…

Победу встретила я в Тульской области. По телефону во время дежурства звонят: «Сашка! Война кончилась!» Я как закричу своим: «Подьем! В ружье! Конец войне!» Все начали стрелять, смеяться, плакать, петь».

Перед 40-летием Победы я ездила в Москву, встречалась с однополчанами, а вечером салют смотрели праздничный. Бывала я и на месте расположения нашей части. Там, где были рвы, окопы, сейчас колосятся хлебные нивы, а на месте нашего блиндажа остался маленький бугорок.