День военного разведчика — профессиональный праздник российских военных, чья служба, так или иначе, связана с военной разведкой, — отмечается ежегодно 5 ноября. Он установлен указом Президента РФ № 549 от 31 мая 2006 года.
Дата праздника выбрана не случайно. В этот день в 1918 году в составе Полевого штаба Красной Армии в Петрограде было создано Регистрационное управление для координации усилий всех разведывательных органов армии, которое впоследствии превратилось в знаменитое Главное разведывательное управление (ГРУ) Генерального штаба Вооруженных Сил РФ — центральный орган управления российской военной разведкой.
Хотим вам рассказать о нашем односельчанине - Санатуллине Летфулле Санатулловиче.
Свидетельства о гибели в бою советского диверсанта-разведчика Летфуллы Санатулловича Санатуллина его родные и близкие начали искать вскоре после Победы, ибо официального извещение-«похоронка» из воинской части по месту службы этого дорогого им человека во время Великой Отечественной так и не поступило.
На настойчивые запросы оборонное ведомство отреагировало летом 1947 года, официально признав Летфуллу Санатулловича условно пропавшим без вести в ноябре 1943 года. Но эта Бог весть откуда взявшаяся дата только добавила семье воина вопросов. И в самом деле: как так «в ноябре 1943 года», если годом позже – осенью четвертого - боец гостил дома, находясь в 17-дневном отпуске?! Восстанавливал тогда здоровье после длительного пребывания во вражеском тылу. Грудь его украшала медаль «Партизану Отечественной войны» 1-й степени. Имел при себе документы на имя Некрасова Леонида Савельевича. Как сам пояснил жене шепотом и в отсутствии посторонних, это его оперативный псевдоним как секретного сотрудника агентурной разведки.
В дальнейшем из Центрального архива отечественного Министерства обороны поступали лишь однотипные, словно написанные под копирку, ответы: «Не значится»… «Дальнейший поиск по архивным источникам не представляется возможным»…
Только теперь, когда проживающая в городе Ульяновске правнучка героя Альбина Курушина обратилась за поддержкой в Объединенную редакцию МВД России, стало ясно, что все эти десятилетия запросы слались просто не по адресу: красноармеец Л. Санатуллин был представителем именно чекистского спецназа, а не спецчастей оперативной разведки Генерального штаба Красной Армии. Потому-то в военных архивах и не удавалось все это время отыскать хоть какие-то следы, за исключением даты призыва по мобилизации Дрожжановским РВК бывшей Татарской АССР – 31 августа 1941 года…
А ключом к разгадке для нас, милицейских журналистов, стали сохранившиеся в семье фронтовые письма и фотографии бойца. Вот, например, строки из письма, датированного 13 августа 1943 года: «Я жив здоров, нахожусь далеко на Западе… Жду ответа. Напишите письмо по этому адресу: ППС часть 137 Стулову, Бригада Прудникова, Некрасову А.С.». Это легко дешифровывается, если ты, конечно, знаком с фронтовыми страницами исторической летописи отечественного МВД: «Бригада Прудникова» - партизанская спецбригада НКВД-НКГБ СССР «Неуловимые» и она же – один из многочиленных спецотрядов Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН) войск НКВД СССР (с октября 1943 года - Отдельный отряд особого назначения НКГБ СССР) 4-го (зафронтовой работы - разведка, диверсии и террор в тылу врага) управления НКВД-НКГБ СССР. Возглавлял четвертое управление, как известно, легендарный генерал-чекист (на тот период времени - комиссар госбезопасности 2 ранга по специальному званию) Павел Анатольевич Судоплатов. Основной район оперирования «Неуловимых» в тылу врага – бывшая Бобруйская область Белоруссии. Первый командир партизанского спецсоединения, возглавлявший ее с начала марта 1942 года и по май 1943 года, – бывший командир 1-го батальона 2-го мотострелкового полка ОМСБОН войск НКВД СССР, Герой Советского Союза (с 1943 года) подполковник (с 1970 года - генерал-майор) Михаил Сидорович Прудников…
…Воином-спецназовцем Летфуллу Санатулловича Санатуллина сделала война. А до призыва по мобилизации в армию он имел сугубо мирную профессию – школьного учителя.
Из письма в адрес Калининградского корпункта Объединенной редакции МВД России Альбины Курушиной, правнучки героя: «Мой прадедушка родился 27 января 1917 года в Татарстане - в селе Старая Задоровка Дрожжановского района. Он рос в многодетной крестьянской семьи: у него было четыре брата и четверо сестер. Их воспитанием занималась мама – моя прапрабабушка. Глава же семейства в страду не разгибал спину на своих скромных земельных наделах, а зимой, чтобы добыть деньги на содержание девяти детей, подавался на заработки в город. Домой возвращался лишь к началу посевной.
Мой прадедушка, а я много о том наслышана, в школе учился очень хорошо. Тяга к знаниям его вообще отличала с раннего детства. И благодаря этому он стал единственным из многочисленных братьев и сестер, кто по окончанию школы продолжил образование, – после десятилетки поступил в Тетюшское педагогическое училище.
С июня 1938 года – на педагогической стезе как дипломированный преподаватель немецкого языка. Трудился в одной из сельских школ Татарстана, где быстро вырос от рядового учителя до завуча. За три месяца до начала Великой Отечественной сыграл свадьбу. В жены же взял 18-летнюю красавицу-коллегу по имени Бану. Это моя прабабушка. Она была учительницей младших классов»...
Какие пути-дороги привели бывшего учителя в ряды военной оперативной разведки НКВД СССР, пока доподлинно неизвестно. Но факт остается фактом: по состоянию на 17 февраля 1942 года он – курсант одной из засекреченных радиошкол чекистского ведомства в городе Москве.
Учеба заняла одиннадцать месяцев, ибо помимо непосредственно самого радиодела, курсанты основательно изучали основы конспирации, диверсионно-подрывной работы в тылу врага и парашютно-десантной подготовки. По выпуску – боец легендарного ОМСБОН войск НКВД СССР.
В ряды «Неуловимых» красноармеец Л. Санатуллин прибыл по воздуху в ночь с 3 на 4 июня 1943 года. Эта дата из его же письма домой:
«Здравствуйте, дорогие родители мои!
Привет вам из Москвы. Я жив и здоров, чего и вам желаю. Остаюсь на старом месте до завтрашнего дня, т.е. до 3.6.43. Могу сообщить, что я 3/6 должен уехать в командировку, связи с этим вам надлежит временно прекратить переписку. Возможно, от меня писем больше не получите. Но не сомневайтесь: я умирать не собираюсь, это пусть немцы умирают, и они должны умирать. Если после этого письмо от меня писем не получите, то считайте: уехал. Передайте всем родственникам и знакомым привет от меня… Крепко жму вашу руку. Особый привет сыну, так как я его ни разу не видел и, может, совсем не увижу»...
Состоя в звании рядового солдата, Летфулла Санатуллович, тем не менее, фигурой в спецбригаде был явно авторитетной: почти на всех сохранившихся снимках – рядом с новым комбригом «Неуловимых» майором-чекистом Анатолием Григорьевичем Морозовым; через плечо – офицерская портупея…
Все фотографии, привезенные домой осенью сорок четвертого из партизанского края, подписаны на обороте фиолетовыми чернилами. Себя на них боец-разведчик везде неизменно обозначил как «Леша». Вот одна из таких надписей: «8 июля 1944 года. В дни партизанской жизни в лесах БССР. В тот же день соединились с Красной Армией. За «ключом» рации работает Леша. Справа – командир бригады майор Морозов Анатолий Григорьевич».
Не исключено, что многих из этих уникальных снимков нет в фондах Центрального музея МВД России и Центрального музея внутренних войск МВД России. Если это так, - Объединенная редакция МВД России готова предоставить имеющиеся в ее распоряжении электронные копии.
Приказом Белорусского штаба партизанского движения № 237/н от 31 августа 1944 года красноармеец Л. Санатуллин был удостоен серебряной медали «Партизану Отечественной войны» 1-й степени. Но в тексте данного документа он проходит под своим оперативным псевдонимом – как Некрасов Леонид Савельевич.
С нею, этой уважаемой на фронте боевой наградой, на груди он и приехал на побывку на родину в Татарстан.
Из письма в адрес Калининградского корпункта Объединенной редакции МВД России Альбины Курушиной, правнучки героя: «Мне рассказывали, что трехлетний сынишка – мой дедушка - любил, забравшись на колени Летфуллу Санатулловичу, крутить в своих ручонках эту серебряную медаль. При этом неизменно спрашивал: «Папа, а за что тебе наградили?». Получив ответ: «А за то, сынок, что был партизаном», - через минуту-другую вновь задавал все тот же вопрос. Летфулла Санатуллович, всякий раз наигранно крякнув: «Опять – двадцать пять», - также вновь и вновь повторял свой ответ. Ему явно, как и самому мальчугану, доставляла удовольствие эта невинная сыновья забава».
И еще: уже прощаясь, признался супруге, что теперь его ждет опасное задание с заброской на территорию Чехословакии, а посему, мол, всякое может случится. «Если я вернусь живым, - сказал тогда, - сам себя буду считать счастливым человеком!». Не вернулся…».
О месте службы красноармейца Л. Санатулина по состоянию на конец 1944-начало 1945 годов также свидетельствуют его письма. Вот выдержки из них: «Здравствуйте дорогие мои! Шлю вам боевой партизанский привет. Я жив-здоров, чего и вам желаю… Нахожусь в городе Ровно (это Западная Украина), в распоряжении УНКГБ по Ровенской области. В ближайшее время должны отправляться на спецзадание правительства в глубокий тыл противника, как это имело место 1942/43 годах. Ожидаем погоду. Про меня будете знать по адресу: город Ровно, УНКГБ, майору госбезопасности Данилову…
…Наверное, сейчас пишу последнее письмо, ибо опять отправляемся в глубокий тыл противника на выполнение боевого задания командования. Зря не волнуйтесь, задача не трудная. Требуется много сил, напряжения и выдержки… До скорой встречи. Город Львов, НКГБ. 2 января 1945 года».
Последняя весточка пришла в конце августе-начале сентября сорок пятого, но не от самого Летфуллы Санатулловича, а… в его адрес: из Наркомата государственной безопасности СССР, очевидно, полагая, что боец уже как демобилизованный воин пребывает дома, переслали карточку-выписку из приказа № 121 от 1 августа 1945 года по Украинскому штабу партизанского движения о том, что Л.С. Санатуллин награжден медалью «Партизану Отечественной войны» 2-й степени. Документ был подписан заместителем наркома госбезопасности СССР по кадрам генерал-майором Михаилом Григорьевичем Свинелуповым. Это подарило родным и близким диверсанта-разведчика надежду, что дорогой им человек жив. Но неделя сменялась неделей, месяц - месяцем и надежда начала таять. Тогда-то и предприняли первые шаги к поиску. Вот только не догадались, что запросы следовало бы слать не в оборонное ведомство, а в чекистское. И в военкомате, куда принесли, чтобы получить совет, сохранившиеся письма, фотокарточки и наградные документы, тоже не подсказали, что вести в данном случае поиск через военные архивы бесперспективно…
От нас, милицейских журналистов, Альбина Курушина получила ксерокопию 413-й страницы Книги Памяти сотрудников органов контрразведки, Здесь увековечен имя ее прадеда, но правда с искажениями в написании ФИО, что, к сожалению, поясним, было характерным для фронтовых писарей в отношений сложных для русского уха татарских имен: «Санатулин Лотфий Санатуллович род. в 1917 г. в с. Старая Задоровка Дрожжановского р-на Татарии. Татарин. Сотрудник 1 УНКГБ Украины. Погиб 05.04.1945 г.».
К сожалению, место гибели и захоронения в этом источнике не указаны.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
