Образование в Татарской АССР в годы Великой Отечественной войны

Война кардинальным образом изменила работу образовательных учреждений Татарстана. В связи с размещением на территории республики эвакуированных предприятий и госпиталей многие учебные здания были отданы под оборонные нужды. Только по г. Казани количество школьных помещений сократилось практически в два раза: с 102 до 57[1]. Нормой стал перевод школ на трехсменный режим работы, использование для учебы зданий клубов, домов культуры, изб-читален и т.п.

Тяжелое положение сложилось в республике с педагогическими кадрами. В 1941/1942 гг. из 8444 учителей, занятых в 5–10 классах, только 1517 (18 %) имели диплом о высшем образовании, а 352 (4,1 %) – не окончили даже среднюю школу[2]. Несмотря на значительные усилия сотрудников Наркомата просвещения ТАССР по исправлению ситуации, преодолеть кадровый дефицит не удавалось. В 1942/1943 учебном году школьной сети Татарстана недоставало 2176 учителей, а в 1943/1944 учебном году – 2536[3]. С целью решения кадрового вопроса практиковались различные способы: открытие краткосрочных курсов по подготовке учителей[4], проведение сессий для заочников-экстерников, возврат на педагогическую работу не занятых по специальности, привлечение в сеть образования эвакуированных учителей и т.д.

Кардинально изменился и состав руководящих работников народного образования. Из 191 директора средних школ сменились 185 человек, из 73 заведующих роно и гороно по разным причинам ушли 63 человека[5].

Военное время внесло свои коррективы в учебные планы и программы школ. Основной акцент был сделан на усиление патриотической составляющей в их деятельности. Были увеличены часы на изучение военного прошлого России: блестящих военных операций, в существенной мере предопределивших ход истории; биографий знаменитых полководцев; героико-художественных произведений и т.д. Активизировалась работа разного рода военно-оборонных и физкультурных кружков, проводились занятия по противовоздушной и химической обороне. Для стимулирования учащихся были введены экзамены на аттестат зрелости, учреждены золотая и серебряная медали за успехи в учебе при отличном поведении.

В сложных условиях военной поры основной задачей школы являлась реализация программ всеобщего обучения (всеобуча), обеспечение необходимого качества учебной и воспитательной работы. Однако в первое полугодие 1941/1942 учебного года не все школы и педагогические коллективы в Татарстане смогли быстро перестроить свою работу, в результате чего учебой был охвачен далеко не весь контингент детей школьного возраста. Неохват учащихся школьными учреждениями в отдельных районах республики достигал 20–25%[6].  Эти цифры возрастали также за счет отсева учеников, не посещавших школу по причинам бытовой неустроенности; отсутствия необходимой одежды, обуви; роста таких асоциальных явлений, как детская беспризорность и безнадзорность.

Вопросы работы общеобразовательных школ, положения детей, оказания им необходимой социальной поддержки и психологической помощи постоянно находились в поле внимания руководства республики. Благодаря  комплексному подходу к их решению показатели всеобуча по ТАССР, хотя и медленно, но все же росли. В 1941/1942 учебном году школьной сетью было охвачено 86,2 % всех учащихся республики; в 1942/1943 учебном году – 89,1 %; в 1942/1943 учебном году – 90,5 %; в 1944/1945 учебном году – 91,7 %[7]. Более того, в 1944/1945 учебном году отдельные районы Татарстана (Первомайский, Арский, Мензелинский, Зеленодольский, Ципьинский и другие) показали 100 %-й результат выполнения плана всеобуча[8].

Вместе с тем максимальный охват учащихся обучением не являлся самоцелью. Важно было, несмотря на экстремальные условия, дать школьникам полноценное образование. Главным критерием работы школ по-прежнему оставались показатели по успеваемости. К сожалению, в годы войны они были невысокими, тем не менее и здесь наблюдалась некоторая положительная динамика. Достаточно сказать, что если в 1941/1942 учебном году по городам Казани, Зеленодольска и 54 районам Татарстана успеваемость составляла 84,3 %, то в 1943/1944 учебном году она поднялась до 87,9 %[9]. При этом на заседаниях контролирующих органов отмечались отдельные образовательные учреждения, где благодаря успешной постановке учебно-воспитательной работы результативность была существенно выше. Например, в казанских школах № 10 (директор – М.Б. Ценцилер), № 19 (директор В.А. Викторовская), № 39 (директор В.Г.  Краснова), № 42 (директор – М.И. Исаева) успеваемость достигала 95–97 %[10]. Правда, были и второгодники. Так, из 404 тыс. учащихся республики в 1943/1944 учебном году 49 тыс. остались на второй год[11].

Организация учебного процесса в военное время была сопряжена со значительными трудностями. Головной болью администрации школ являлось неудовлетворительное состояние школьного хозяйства. К примеру, в протоколе по итогам инспекции Больше-Шемякинской средней школы ТАССР в 1941 г. проверяющие записали: «Заниматься в здании невозможно: зимой в школьном здании температура держится ниже нуля (минус 5–6 градусов). Учащиеся младших классов сидят в варежках и шапках. В результате этого масса заболеваний простудного характера (воспаление гортани, бронхит и т.д.)… В помещении школы замерзают чернила, вода…»[12]. После обращения учителей этой школы в Центральный Комитет ВКП(б), на капитальный ремонт здания по указанию областного комитета партии из средств местного бюджета было выделено 20 тыс. рублей.

Согласно архивным источникам, в 1942 г. в целом по Татарской АССР ремонт требовался в 1681 школьном здании. По состоянию на 15 августа отремонтированными оказались 1348 школ или 80,1%[13].

Насущной проблемой являлась заготовка топлива для школьных нужд. Его, как правило, не хватало: например, в 1942 г. в Алексеевском районе при потребности школ в 303 тыс. кубометров дров заготовлено оказалось только 955 кубометров, а вывезено 297 кубов; в Кзыл-Армейском районе – из необходимых 3206 кубометров было заготовлено 1800, а вывезено 229 кубометров[14].

Практически повсеместно плохо обстояло дело со школьными принадлежностями: не хватало учебников, тетрадей, ручек, перьев, чернил и т.п. В 1942/1943 учебном году план поставки школьно-письменных принадлежностей по республике был выполнен: по тетрадям – на 40,4%; по карандашам – на 51,1%; по перьям школьным – на 5%; по ручкам ученическим – на 0,3%, мелкам – на 14,2%[15]. Дети писали на подручных средствах, приносили на уроки уже использованные тетради, книги, чтобы делать записи на полях. Нурфия Салахутдинова, проживавшая в военные годы в дер. Брек Теньковского (ныне – Верхнеуслонского) района Татарстана, рассказывала, что она и многие ее одноклассники особенно любили произведения В.В. Маяковского, т.к. размашистый ритм его стихов оставлял много свободного места в текстах книг[16].

Преподавание всех предметов в школе в военный период было подчинено задачам военного времени. Учителя-предметники на своих уроках старались рассказать своим ученикам о положении дел на фронтах, о подвигах солдат и офицеров, причем использовали для этого не только материалы печати и сообщения Совинформбюро, а приводили примеры из жизни близких ребятам людей. Например, учительница Вахотина из школы № 11 г. Казани, получив письмо от отца своего воспитанника – военкома минометного батальона Садыкова, прочитала его перед учениками в классе, чтобы они, как писала республиканская газета «Красная Татария», «еще острее почувствовали свою ответственность перед отцами, сражающимися на фронтах Отечественной войны»[17].

Важное место в организации школьного дела в военный период имела деятельность руководства ТАССР по созданию необходимых условий для получения образования особо нуждавшихся учащихся и детей фронтовиков. С целью улучшения материально-бытового положения школьников в республике был осуществлен ряд мер: создан фонд всеобуча, средства из которого использовались для обеспечения учащихся одеждой и обувью. На промышленных предприятиях организовывались воскресники, месячники помощи детям, открывались школьные столовые. Возрождалась традиция шефства над учебными заведениями. 12 мая 1943 г. было издано постановление СНК СССР о мероприятиях по укреплению здоровья детей в летний период, которое улучшило постановку отдыха детей в пионерских лагерях и увеличило количество отдыхающих в них. Для общей координации усилий по этому вопросу в республике была образована специальная комиссия под председательством Б.С. Мулюкова. По воспоминаниям современников, детские лагеря в республике были организованы недалеко от Агрыза, в Шеланге и др. населенных пунктах[18].

Благодаря вниманию к школьному делу со стороны руководящих органов в Татарстане в военные годы удалось не только сохранить существующую сеть учебных заведений, но даже несколько расширить ее. Количество школ в республике возросло с 3510 в 1940/1941  учебном году до 3718 школ в 1944/1945 учебном году (1901 из них были татарские), хотя контингент учащихся в них несколько сократился – с 445,8 тыс. школьников до 409 тыс. соответственно[19].

Характеризуя постановку дела в системе всеобуча в военное время, важно помнить и то обстоятельство, что школьники были заняты не только учебой, они активно участвовали также в общественно-политических акциях: под руководством учителей помогали в сборе средств в фонд обороны, шефствовали над инвалидами войны, ранеными и выздоравливающими красноармейцами в госпиталях, собирали лекарственные травы, макулатуру, металлолом, работали на колхозных и совхозных полях, начиная с 14-летнего возраста несли трудовую вахту у станков на заводах и фабриках.

Коренному пересмотру подверглась в военный период и деятельность высшей школы. Накануне войны в Татарской АССР насчитывалось 13 вузов. В 1940/1941 учебном году в них обучалось 12,1 тысяч студентов; из них татар – 2,1 тыс. человек[20]. С началом войны в работе высших учебных заведений произошли существенные перемены. Педагогический, ветеринарный, сельскохозяйственный институты были выселены из собственных зданий. Большая часть помещений была передана учреждениям Академии наук СССР, госпиталям, работникам эвакуированных предприятий и учреждений. Педагогический институт, имевший в своем составе 42 учебные группы, сохранил за собой только 12 аудиторий[21], соответственно площадь для аудиторных занятий в вузе сократилась с 12,5 тыс. кв. метров в 1941 г. до 600 кв. метров в 1942 г.[22] Ветеринарный институт, кроме учебных зданий, лишился лабораторий, клиник, анатомикума, секционного зала, помещений для подопытных животных. Все учебные здания вуза площадью 29 тыс. кв. метров были переданы эвакуированному заводу[23]. Другие институты – медицинский, финансово-эконо­ми­ческий, юридический и др. – тоже испытывали нужду в дополнительных площадях.

На время войны был закрыт Институт коммунального строительства. В Казанский авиационный институт влился коллектив Харьковского авиационного института[24]. Учительский институт в г. Чистополе временно был слит с Елабужским учительским институтом. В Елабугу же были эвакуированы филиал Ленинградского государственного университета и Воронежский государственный университет. В здании Казанского финансово-экономического института разместились эвакуированный Ленинградский финансово-эконо­мический институт, на площадях Казанского химико-технологического института – Ленинградский химико-технологический институт. Недостаток площадей был столь значителен, что студентам приходилось учиться в три смены, с 8 часов утра до 23 часов вечера[25].

В высших учебных заведениях Татарской АССР стала более заметна ориентированность обучения на практические нужды. В медицинских вузах особое внимание уделялась таким дисциплинам, как военно-полевая хирургия, военная эпидемиология и т.д. Студенты географических факультетов изучали военную топографию, аэрофотосъемку. Биологи больше учебных часов начали выделять на бактериологию, химию отравляющих веществ. На химических факультетах вводились дисцип­лины по физико-химическим основам устройства противогазов и газоубежищ, организации службы противохимической и противовоздушной обороны и т.д. С целью усиления патриотического духа студентов и преподавателей во всех вузах в военное время был введен курс «Великая Отечественная война Советского Союза», включено преподавание политической экономии, усилено преподавание марксизма-ленинизма[26].

Характерной особенностью расписания занятий в вузах стало объединение значительного числа групп в потоки, по некоторым дисциплинам впервые были составлены общефакультетские расписания. В малочисленных группах выпускных курсов из расписания исключались лекции, студенты усваивали материал самостоятельно по источникам. Сами учебные планы тоже кардинальным образом изменились: уменьшилось каникулярное время, сократились сроки производственной практики и дипломного проектирования, увеличилась недельная нагрузка. В первые военные годы для восполнения кадров специалистов были предложены программы с сокращенными сроками учебы: три с половиной года для вузов с 5-летним сроком обучения и три года – для вузов, рассчитанных на 4-летний цикл образования[27]. Но эта мера не оправдала себя, поэтому уже с 1942/1943 уч. года институты вернулись к преж­ним учебным стандартам.

В целом в высшей школе наблюдались те же трудности, что и в среднем звене: неудовлетворительным было материально-бытовое обслуживание студентов, низкой оставалась обеспеченность учебниками и канцелярскими принадлежностями. Большинство вузов было лишено общежитий, что сильно влияло на закрепление студенческого контингента.

И все же за военный период высшая школа Татарстана смогла подготовить более 5,5 тысяч специалистов в разных областях производства. В том числе, университет, например, выпустил 939 человек; авиационный – 506; химико-технологический – 676, медицинский – 1722, педагогический – 706  и т.д.[28]. К концу войны контингент студентов почти приблизился к довоенному уровню и составил 11,2 тыс. человек (здесь, несомненно, следует учитывать и возвращение фронтовиков)[29]. Расширилась и сама сеть вузов: появились новые институты, новые факультеты. Так, в 1944 г. в составе историко-филологи­ческого факультета Казанского государственного университета было открыто специальное отделение татарского языка и литературы, в 1945 г. – основана Казанская консерватория и восстановлен Казанский институт инженеров гражданского строительства (бывший Институт коммунального строи­тельства).

Следует напомнить и то обстоятельство, что студенты, как и школьники, а возможно, еще в большей степени, были задействованы в общественно-политических мероприятиях военного времени. Молодые люди проводили активную агитационно-пропагандистскую работу среди населения: читали лекции, выступали с политинформациями и концертами, организовывали субботники и воскресники, оказывали практическую помощь на предприятиях и в колхозах, внося тем самым существенную лепту в приближение Победы.

А.Ш. Кабирова

 

[1] ЦГА ИПД РТ (Центральный государственный архив  социально-политической истории Республики Татарстан). Ф. 15. Оп. 5. Д. 200а. Л. 73.

[2] ЦГА ИПД РТ. Ф. 4034. Оп. 23. Д. 303. Л. 15–16.

[3] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 698. Л. 55–56.

[4] Кызыл Татарстан. – 1944. – 16 июня. – На тат. яз.

[5] Татария в период Великой Отечественной войны: сб. док. и мат. – Казань, 1963. – С. 206.

[6] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 698. Л. 51.

[7] Половникова Н.А. Общеобразовательная школа в Татарской АССР в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): дис. …канд. ист. наук. – Л., 1954. Извлечение из приложения. Данные приведены на начало учебного года.

[8] ЦГА ИПД РТ. Ф. 4034. Оп. 26. Д. 79. Л. 8.

[9] Гильманов З.И. Татарская АССР в Великой Отечественной войне (1941–1945 гг.). – Казань, 1977. – С. 209.

[10] НА РТ (Национальный архив Республики Татарстан). Ф. Р–326. Оп. 1. Д. 832. Л. 4.

[11] Кызыл Татарстан. – 1944. – 8 июля. – На тат. яз.

[12] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 130. Л. 90.

[13] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 698. Л. 53 об.

[14] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 698. Л. 53 об.

[15] Там же. Л. 54.

[16] Интервью с Салахутдиновой (Даминовой) Нурфией Аминовной, 1931 г. рождения. Ныне – жительница Казани, в годы войны – школьница в дер. Брек Теньковского (ныне Верхнеуслонского) района Татарстана // Архив автора.

[17] Красная Татария. – 1942. – 2 сентября.

[18] Вишленкова Е.А., Малышева С.Ю., Сальникова А.А. Культура повседневности провинциального города: Казань и казанцы в ХIХ–ХХ вв. – Казань, 2008. – С. 421.

[19] 25 лет Татарской АССР. 1920-1945. – Казань, 1945. – С. 82.

[20] Татарская АССР за 40 лет: стат. сб. – Казань, 1960. – С. 135; Народное хозяйство Татарской АССР к 50-летию со дня образования: стат. сб. – Казань, 1972. – С. 157.

[21] ЦГА ИПД РТ. Ф. 15. Оп. 5. Д. 717. Л. 74.

[22] Кабирова А.Ш. Республика Татарстан в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Учебное пособие по курсу «История Татарстана и татарского народа».– Казань, 1998. – С. 54.

[23] История Казанского государственного ветеринарного института им. Н.Э. Бау­мана. – Казань, 1973. – С. 142.

[24] Татарстан в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.: к 65-летию Победы. – Казань, 2009. – С. 198.

[25] Гильманов З.И. Указ. раб. – С. 199.

[26] Круглянский М.Р. Высшая школа СССР в годы Великой Отечественной войны. – М. 1970. – С. 69.

[27] Там же. – С. 66.

[28] Гильманов З.И. Указ. раб. – С. 203.

[29] Народное хозяйство Татарской АССР к 50-летию со дня образования: стат. сб. … – С. 157.

Русский